Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

Конфиденциальность сведений, известных адвокату в связи с оказанием юридической помощи, — одна из составляющих конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи.

Что включает в себя адвокатская тайна?

Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю. Например, профессиональная тайна распространяется на:

  • факт обращения к адвокату, включая имена и названия доверителей,
  • все доказательства и документы, собранные адвокатом в ходе подготовки к делу,
  • сведения, полученные адвокатом от доверителей,
  • информацию о доверителе, ставшую известной адвокату в процессе оказания юридической помощи,
  • содержание правовых советов, данных непосредственно доверителю или ему предназначенных,
  • все адвокатское производство по делу,
  • условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и доверителем,
  • любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.

В целях сохранения профессиональной тайны адвокат должен вести делопроизводство отдельно от материалов и документов, принадлежащих доверителю. Материалы, входящие в состав адвокатского производства по делу, а также переписка адвоката с доверителем должны быть ясным и недвусмысленным образом обозначены как принадлежащие адвокату или исходящие от него.

Правила сохранения профессиональной тайны распространяются на помощников и стажеров адвоката, а также иных сотрудников адвокатских образований, о чем они дают подписку о неразглашении.

Какие гарантии сохранения адвокатской тайны?

  • Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.
  • Адвокат не вправе давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с исполнением профессиональных обязанностей.
  • Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.

Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей.

Указанные ограничения не распространяются на орудия преступления, а также на предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с законами России.

Адвокат не может уступить кому бы то ни было право денежного требования к доверителю по заключенному между ними соглашению без специального согласия на то доверителя. 

Когда адвокат освобождается от обязанности хранить тайну?

Адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя. Согласие доверителя на прекращение действия адвокатской тайны должно быть выражено в письменной форме в присутствии адвоката в условиях, исключающих воздействие на доверителя со стороны адвоката и третьих лиц.

Без согласия доверителя адвокат вправе использовать сообщенные ему доверителем сведения в объеме, который адвокат считает разумно необходимым для обоснования своей позиции при рассмотрении гражданского спора между ним и доверителем или для своей защиты по возбужденному против него дисциплинарному производству или уголовному делу.

Заключение

Доверия к адвокату не может быть без уверенности в сохранении профессиональной тайны, поэтому её соблюдение является безусловным приоритетом деятельности адвоката, а срок хранения тайны не ограничен во времени.

Адвокат, Суды Распечатать Связаться с адвокатом

Рекомендуем почитать

  • Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

  • Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

  • Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

Тайна адвокатов: о чем молчат юристы

Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

Ст.8 ФЗ № 63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» закреплено, что адвокат должен держать в секрете сведения о доверителе, ставшие ему известными в ходе оказания юридической помощи. Именно данный закон с принятым в его исполнение Кодексом профессиональной этики адвоката  закрепляют основные принципы и правила сохранения профессиональной адвокатской тайны; гарантии же и механизмы реализации этих принципов и правил мы можем найти в самых различных законодательных актах, как из сферы уголовного процесса, так и из других отраслей права. Пункт 5  ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката содержит открытый перечень сведений и документов, на которые распространяются правила профессиональной адвокатской тайны и которые определяют то, что к этой тайне относится: сведения о доверителе, собранные адвокатом по делу доказательства и документы, содержание данных доверителю правовых советов, условия заключённого соглашения, все адвокатское производство по делу, любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.

Тайна адвоката — это гарантия анонимности отношений, возникающих между правоведом и его доверителем, а уверенность в её соблюдении – основа доверия к адвокату.

В целях обеспечения гарантий соблюдения профессиональной адвокатской тайны законодательно определены ограничения в отношении проведения процессуальных действий в отношении адвокатов, а именно:

  1. адвокатов запрещено допрашивать как свидетелей по обстоятельствам, ставшим им известными в процессе оказания правовых услуг.
  2. оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия в отношении адвокатов разрешаются только на основании акта правосудия.

  3. обыск у адвоката (в используемых им помещениях) допускается только при возбуждении уголовного дела в отношении адвоката и на основании судебного решения; исключения составляют случаи, когда в указанных помещениях обнаружены признаки совершения преступления.

    в ходе обыска и выемки у адвоката запрещается изымать все адвокатские производства, фотографирование и иная фиксация адвокатского производства запрещается.

может ли адвокат раскрыть адвокатскую тайну, если доверитель не дал на это «добро»?

Этот вопрос считается спорным: с одной стороны, профессиональная этика заставляет адвоката молчать, но с другой стороны, есть ситуации, когда это молчание может привести к тяжким последствиям для других лиц. Адвокат в ходе оказания своих услуг может узнать о готовящемся или длящемся преступлении, но его действия в этой ситуации не регламентированы законом.

Адвокатская тайна действует бессрочно, и распространяется на всех сотрудников адвокатского образования, в том числе стажеров.

Кодекс профессиональной этики допускает разглашение адвокатом тайны без получения согласия доверителя только в случаях гражданско-правового спора с доверителем, а также при защите в рамках возбужденного в отношении адвоката уголовного дела или дисциплинарного производства; в указанных случаях адвокат может предать огласке сведения в том объёме, который посчитает разумно необходимым для обоснования своей позиции. Каждый случай индивидуален, но полагаю, что если у адвоката есть сомнения — нужно обращаться за советом в Палату адвокатов.

Если же вы считаете, что адвокат незаконно нарушил вашу тайну — подайте соответствующую жалобу в Палату адвокатов, где состоит юрист. Если факт нарушения будет установлен, адвокат может быть привлечен к дисциплинарной (вплоть до лишения статуса) и гражданско-правовой ответственности.

Как нарушаются тайны адвокатов?

С сожалением мне приходится констатировать, что сотрудниками правоохранительных органов довольно-таки часто предпринимаются действия, влекущие нарушение адвокатской тайны. Типичный пример — проведение обысков в жилых помещениях и офисах адвокатов, которые сопровождаются изъятием документов и компьютерной техники.

Опасность этого состоит в том, что правоохранительные органы могут «случайно» прихватить с собой документы, относящиеся к делам доверителей адвоката. Проблема решается ведением делопроизводства отдельно от бумаг доверителя. Кроме того, вся важнейшая информация должна храниться в зашифрованном формате на компьютере, расположенном в отдельном помещении.

Органами адвокатского сообщества (Федеральной палатой адвокатов, Адвокатской палатой г.

Москвы и другими адвокатскими палатами) приняты решения, содержащие механизмы и  рекомендации по обеспечению сохранности сведений, составляющих адвокатскую тайну: указано на необходимость составления и веления адвокатских производств по каждому из дел, по которому принято поручение, даны рекомендации по оформлению адвокатских производств, утверждены ответственные представители палат по вопросам нарушений адвокатской тайны, при каждом случае нарушений профессиональной тайны адвоката правоохранительными органами по конкретным делам принимаются меры реагирования в рамках имеющихся полномочий, введён в действие «горячий номер» телефона для уведомления палаты о всех случаях проведения обысков у адвокатов и др.

Помимо вышеуказанных, адвокатская тайна нарушается и иными способами, в числе которых:

  1. Прослушивание и запись телефонных разговоров, просмотр сообщений, отправленных с помощью электронных средств связи. Такие мероприятия могут применяться, например, если речь идет о преступлении против власти, терроризме, незаконном обороте наркотиков и т.д.

    Снизить риск вторжения правоохранительных органов в частную жизнь и адвокатскую тайну может использование мессенджеров, ключи от которых отсутствуют у правоохранителей. Еще я рекомендую все особо важные вопросы обсуждать в ходе личной встречи: на ней же можно передавать документы.

    По собственному опыту могу сказать, что указанные мероприятия применяются достаточно редко, и в целом по не представляющим большой общественной значимости и не резонансным делам доверители могут не беспокоиться о конфиденциальности при описанных обстоятельствах.

  2. Подача адвокатских запросов.

    Согласно утверждённой Минюстом РФ в декабре 2016 года новой форме адвокатского запроса в нем необходимо указать данные о лице, которому оказывается юридическая помощь, номер уголовного, гражданского или иного дела, то есть сведения, составляющие профессиональную тайну адвоката.

    Фактически к тайне получают допуск представители органа власти или организации без всякого судебного контроля. Возможно, ситуация изменится, когда  Минюст утвердит новую форму запросов, не содержащую такого изъяна.

  3. Получение информации из банка.

    Большинство финансовых операций между адвокатом и его доверителем проходит в безналичном формате, а это значит, что банкам становится известно о движении денег. В кредитных учреждениях действует банковская тайна, но не исключены ситуации, когда работники банков за вознаграждение передают финансовую информацию третьим лицам.

    Я считаю, что в данном случае имеет смысл сокрытие назначений денежных переводов, если по каким-то причинам их необходимо сохранить в секрете.

В моей практике нет случаев нарушения адвокатской тайны, поскольку я тщательно слежу за корректным ведением документации и отлично разбираюсь во всех тонкостях законодательства, регламентирующего деятельность адвоката.

Также я уделяю особое внимание технической стороне дела, поэтому в своей работе использую самое современное оборудование и программы. Следовательно, если вам важно, чтобы уголовный адвокат уделил особое внимание вопросам конфиденциальности при оказании Вам юридической помощи— обращайтесь ко мне. Я гарантирую не только качественную юридическую помощь, но и полную конфиденциальность, включающую полное закрытие доступа третьим лицам к информации о лице, заключившем соглашении, лице, которому оказывается помощь, сути и содержании юридической помощи, информации о лицах, проходящих по делу, имуществе и иной личной информации подзащитного, всей иной информации, относящейся к делу, по которому будет оказана правовая помощь, а также ставшей известной в связи с оказанием и (или) в ходе оказания правовой помощи по данному делу

Обыски, прослушка, налоговые проверки: как нарушается адвокатская тайна — новости Право.ру

Для защиты адвокатской тайны нужны законодательные изменения. Во-первых, признание верховенства адвокатской тайны над налоговой, банковской и другими тайнами, а также над ведомственными инструкциями. Эксперты уверены: без этого шага нарушения не прекратятся.

«Например, в законодательстве об оперативно-розыскной деятельности (ОРД) нет гарантий сохранения адвокатской тайны, поэтому обследования помещений адвокатских образований на практике мало отличаются от обысков.

Я считаю: если в УПК закреплены гарантии при проведении обысков, выемок и осмотров у адвокатов, то они должны быть детализированы и в законе об ОРД», – уверена юрист фирмы BGP Litigation Елена Манакова. Во-вторых, введение уголовной ответственности.

«Уголовная ответственность за воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования есть, а ответственности за воспрепятствование работе адвоката и нарушение адвокатской тайны – нет. Ее отсутствие приводит к безнаказанности и вседозволенности, а также порождает дальнейшее ограничение права на защиту», – считает партнер АБ «ЗКС» Алексей Буканев.

«Единственный способ бороться с этим произволом, на мой взгляд, – усиление ответственности судей, сотрудников следствия, оперативных и иных служб, а также неотвратимость этой самой ответственности.

Ведь достаточно показательно наказать сотню следователей и хотя бы десятка полтора нерадивых судей, спустя рукава исполняющих свои обязанности, как остальные задумаются, стоит ли им ради непонятной выгоды либо вследствие безалаберности нарушать закон и ставить под удар свою карьеру, а то и свободу», – заявила адвокат «Забейда и партнеры» Светлана Мальцева. Адвокатское сообщество также должно жестко реагировать на нарушение адвокатской тайны с привлечением СМИ. «Нужно формировать неприемлемое отношение к подобным действиям», – отметил управляющий партнёр АК «Бородин и Партнёры», советник ФПА РФ Сергей Бородин.

Как нарушается адвокатская тайна

Адвокаты и правоохранители

Согласно п. 3. ст. 8 закона об адвокатской деятельности, проведение оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) и следственных действий в отношении адвоката допускается только на основании судебного решения. Но на практике вполне возможны и обыски в жилищах защитников, и осмотры занимаемых ими помещений без санкции суда.

«Зачастую указанные действия совершаются правоохранителями намеренно – чтобы прочитать, проанализировать и использовать полученную информацию отнюдь не для целей защиты прав гражданина», – объяснила Мальцева.

«Чтобы сохранить конфиденциальность сведений, составляющих адвокатскую тайну, адвокату необходимо вести делопроизводство отдельно от принадлежащих доверителю документов и материалов», – считает к. ю. н., адвокат КА города Москвы «Барщевский и Партнеры» Юлия Жиронкина.

А ФПА даже предписывает адвокатскому образованию разместить компьютер, в котором хранится вся информация о доверителях и их делах, в отдельном помещении с защитой от вторжения; при этом наиболее важные сведения лучше держать на сервере в зашифрованном виде.

В этом сюжете

В 2015 году несколько адвокатов обжаловали в судах общей юрисдикции обыски и выемки в их коллегиях. Они не добились успеха и обратились с запросом в Конституционный суд. Тот решил, что обыски адвокатских офисов допустимы, но при этом необходимо четко регламентировать процедуру, чтобы удержать правоохранителей от соблазна выйти за рамки своих задач (см.

«Обыск у адвоката: как применить определение КС»). ЕСПЧ тоже высказывался по этому поводу. В деле «Юдицкая и другие против РФ» (жалоба № 5678/06) заявители обжаловали незаконный обыск и изъятие компьютеров в помещении юридической фирмы.

ЕСПЧ признал, что постановление о проведении обыска было сформулировано расплывчато и в нем не объяснялось, почему недостаточно обыскать только служебный кабинет одного лица и проверить только принадлежавший ему компьютер. В связи с этим ЕСПЧ сделал вывод о нарушении прав заявителей.

«Тем не менее еще случаются обыски у адвокатов, во время которых правоохранительные органы изымают все информацию, в том числе не относящуюся к конкретному делу», – заявила адвокат национальной ЮК «Митра» Алина Зеленская. 

Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с его деятельностью (п. 2 ст. 8 закона об адвокатской деятельности). «Несмотря на существование режима адвокатской тайны, все еще распространен допрос адвокатов в качестве свидетелей на стадии предварительного расследования.

При этом, к сожалению, такие доказательства признаются допустимыми», – отметила Зеленская. Так, по одному делу адвокат уклонился от дачи пояснений относительно оказанных им юридических услуг, ссылаясь на адвокатскую тайну.

На это суды лишь признали за ним право ходатайствовать о проведении закрытого судебного заседания, которым он не воспользовался (№ Ф10-2213/2017). «В случаях, когда интересы адвокатской тайны пересекаются с интересами госорганов, требования последних рассматриваются как приоритетные.

При возникновении сомнений адвокатам рекомендуется консультироваться со своей территориальной Адвокатской палатой, а также учитывать, что законодательство прежде всего защищает интересы доверителя, а не предоставляет адвокатам иммунитет», – сообщила юрист КА «Ковалев, Тугуши и партнеры» Арина Макарова.

«Представители доктрины и практики зачастую отмечают, что правомерно разглашение адвокатской тайны, если адвокату стало известно о готовящемся или совершенном преступлении. По моему мнению, это не так: поверенный не вправе нарушить иммунитет доверителя, который обратился к нему за помощью», – заявил Бородин.

Адвокаты и мобильная связь

Бывает, при прослушивании телефона подозреваемого перехватываются его разговоры с адвокатом. В 2003 году Мурманская областная прокуратура возбудила уголовное дело в отношении Владимира Дудченко, который подозревался в руководстве организованной преступной группы.

В ходе расследования суд дал санкцию на проведение скрытых ОРМ, в том числе на прослушивание телефона Дудченко. Впоследствии выяснилось, что среди перехваченных звонков были и разговоры с защитником.

Дудченко обратился в ЕСПЧ, где подтвердили: такие разговоры не могут использоваться в качестве доказательства по уголовному делу (дело «Дудченко против России», жалоба № 37717/05). «Прослушивание и запись разговоров с доверителем стали практически нормой у правоохранительных органов.

Известен случай, когда в СИЗО рукописные записи подозреваемого запретили выносить из следственной комнаты, требуя передать их через администрацию, что предусмотрено ведомственными инструкциями», – сообщил Буканев.

Когда может быть раскрыта адвокатская тайна

В связи с принятием «закона Яровой», который предписывает хранить все разговоры и переписку россиян, появилась новая угроза для соблюдения адвокатской тайны.

«В наше время бешеных скоростей, огромных расстояний, пробок и всеобщего цейтнота далеко не каждый адвокат сможет лично встречаться с доверителем для обсуждения дела и передачи документов. Сейчас для этого повсеместно используются электронные средства связи, которые, к сожалению, никоим образом не защищены от постороннего вмешательства.

Причем как преступного, так и вполне законного со стороны спецслужб. Гарантии, что работники спецслужб не получат незаконного доступа к переписке либо переговорам адвоката со своим доверителем, никто не даст», – отметила Мальцева.

И хотя критика «закона Яровой» заставила власти перенести сроки его реализации с июля на октябрь 2018 года, эксперты советуют уже сейчас чаще использовать облачные сервисы и мессенджеры, ключи от которых отсутствуют у правоохранителей. А особо ценные данные и документы лучше передавать при личной встрече. 

Адвокаты и банки

У большинства сотрудников банков есть доступ ко всем операциям клиента. Если клиент работает адвокатом, то эти операции могут быть связаны с его деятельностью и сопровождаться пояснениями цели перевода: например, «на экспертизу по делу № 1720/18» или «за госпошлину от истца Иванова».

«А если говорить об иностранных доверителях или субподрядчиках, то банку доступны и инвойсы (счета-фактуры), и акты.

Действующее законодательство не дает адвокатам эффективных инструментов, которые позволили бы исключить эту ситуацию полностью», – сообщила управляющий партнер АБ «Юсланд», адвокат Елена Легашова. 

Является ли это нарушением адвокатской тайны? Большинство юристов сошлись на том, что не является. «Соответствующая информация защищена банковской тайной и не подлежит произвольному раскрытию, а требование конфиденциальности связывает в равной мере всех сотрудников кредитной организации», – отметила адвокат, советник КА «Муранов, Черняков и партнеры» Ольга Бенедская.

«Законодательством не предусмотрена процедура передачи сведений, составляющих банковскую тайну, между ее сотрудниками. Значит, банк должен сам контролировать взаимодействие между сотрудниками, именно на нем лежит обязанность по созданию системы, гарантирующей неразглашение банковской тайны», – считает Макарова.

При этом Легашова посоветовала не указывать сведения, конфиденциальность которых целесообразно сохранить. 

Адвокаты и налоговая

ФНС вправе требовать от адвокатов и адвокатских образований сведения, которые необходимы для оценки налоговых последствий, заключаемых с клиентами сделок (№ 451-О-П). Эти сведения составляют налоговую тайну и защищаются от разглашения в силу закона.

Например, в деле «Бриту Ферринью Бешига Вилла-Нова против Португалии» (жалоба № 69436/10) заявительница-адвокат не уплатила НДС с полученных гонораров и получила из налогового органа запрос о представлении выписки с ее личного банковского счета. Она отказалась это сделать, сославшись на профессиональную и банковскую тайну.

ЕСПЧ пришел к выводу: решение этого вопроса требовало консультации с коллегией адвокатов, что не было обеспечено национальным судом. В связи с этим ЕСПЧ признал нарушение и присудил компенсацию.

Когда госорганы в пределах своей компетенции требуют от банков предоставить информацию, которая составляет адвокатскую тайну, адвокатская тайна трансформируется в налоговую.

«Налоговые органы вправе запрашивать информацию по счетам и вкладам, а также выписки по операциям.

Поэтому целесообразно ввести отдельную форму для предоставления таких запросов, в которых бы содержались лишь обобщенная информация о назначении платежа и сумма,» – считает Зеленская. 

Адвокаты и терроризм

Легашова рассказала: одним из самых спорных изъятий из режима адвокатской тайны считается вопрос об исполнении ст. 7.1 закона о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

Так, если у адвоката есть подозрения, что осуществляемые им по просьбе клиента операции направлены на отмывание преступных доходов или финансирование терроризма, он обязан уведомить об этом Росфинмониторинг. Совет ФПА даже рекомендовал всем адвокатам зарегистрировать на сайте этого ведомства личный кабинет (решение ФПА от 04.12.2017).

«Безусловно, адвокат не должен участвовать в сомнительных операциях, совершаемых доверителем. В случае появления обоснованного сомнения адвокат вправе отказаться от принятого поручения по гражданскому делу. В тоже время возложение на адвоката функций контроля за деятельностью своего доверителя входит в противоречие с обязанностью соблюдать адвокатскую тайну.

При возникновении конфликта норм приоритет должен отдаваться закону об основах адвокатской деятельности», – считает адвокат КА города Москвы «Барщевский и Партнеры» Андрей Цибульский. 

Адвокатский запрос

Адвокат вправе направлять в органы госвласти, местного самоуправления, общественные объединения и иные организации адвокатский запрос (ч. 1 ст. 6.1 закона об адвокатской деятельности).

«При адвокатском запросе по установленной форме происходит доступ третьих лиц к адвокатской тайне, и он становится возможен даже без судебного контроля, то есть не судья решает, можно ли третьим лицам получить доступ к тайнам доверителя.

Может сложиться ситуация, когда постепенно адвокатская тайна перестанет быть тайной, а адвокат будет не способен оказать квалифицированную юридическую помощь, что не соответствует положениям ст. 48 Конституции РФ», – считает старший юрист КА «Ковалев, Тугуши и партнеры» Ксения Степанищева. 

Недавно Минюст разработал проект приказа, который упрощает требования к форме и порядку оформления адвокатского запроса.

Если его примут, указание в адвокатском запросе данных лица, в интересах которого действует адвокат, будет необходимо только в случае согласия доверителя.

Кроме того, не потребуется обоснования получения запрашиваемых сведений (см. «Минюст исправит форму адвокатского запроса»). 

Адвокатская тайна – Адвокатское бюро «Казаков и Партнёры»

Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему Доверителю. Кодекс профессиональной этики адвоката к таким сведениям относит:

  • факт обращения к адвокату, включая имена и названия Доверителей;
  • все доказательства и документы, собранные адвокатом в ходе подготовки к делу;
  • сведения, полученные адвокатом от Доверителей;
  • информацию о Доверителе, ставшую известной адвокату в процессе оказания юридической помощи;
  • содержание правовых советов, данных непосредственно Доверителю или ему предназначенных;
  • всё адвокатское производство по делу;
  • условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и Доверителем;
  • любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.

Гарантируемый законом статус независимости адвоката позволяет в должной мере соблюсти интересы Доверителя.

Адвокат не вправе разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя (п.п. 5 п. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);

  • негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается (п. 5 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);
  • адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием (п. 2 ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);
  • проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.

Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей (п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);

  • адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого, не подлежит допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, а также об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи (п.п. 2 и 3 п. 3 ст. 56 УПК РФ);
  • подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с защитником с момента фактического задержания. Свидания подозреваемого или обвиняемого с его защитником могут иметь место в условиях, позволяющих сотруднику места содержания под стражей видеть их, но не слышать (Ст. 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Гарантии независимости адвоката закреплены в ст. 18 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», согласно которой:

  1. Вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются.
  2. Адвокат не может быть привлечен к какой-либо ответственности (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии).
  3. Истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.
  4. Адвокат, члены его семьи и их имущество находятся под защитой государства. Органы внутренних дел обязаны принимать необходимые меры по обеспечению безопасности адвоката, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества.
  5. Уголовное преследование адвоката осуществляется с соблюдением гарантий адвокату, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством.

В определении от 06.07.

2000 № 128−0 Конституционный Суд Российской Федерации отмечает следующее: «Гарантии профессиональности отношений адвоката с клиентом являются необходимой составляющей права на получение квалифицированной юридической помощи как одного из основных прав чело¬века, признаваемых международно-правовыми нормами (ст. 14 Международного пакта о гражданских и полити¬ческих правах, ст. 5 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)».

Европейские стандарты защиты адвокатской тайны — Ошеров, Онисковец и Партнеры

В издании «Адвокатская практика» вышла статья адвоката Коллегии Юлии Бадыло «Европейские стандарты защиты адвокатской тайны».
В статье Юлия рассматривает подходы Европейского суда по правам человека к обеспечению и защите адвокатской тайны, как одной из самых важных гарантий адвокатской деятельности. Юлия уделяет внимание четырем проблемам:

  • скрытое наблюдение за адвокатом
  • прослушивание телефонных и личных переговоров адвоката с доверителем
  • перлюстрация переписки адвоката и подзащитного
  • обыски в помещении адвоката

Вмешательство в адвокатскую деятельность как самостоятельное нарушение Конвенции

Адвокатура и адвокатская деятельность часто становятся предметом исследования Европейского суда по правам человека (далее – ЕСПЧ или Суд), стремящегося посредством своих решений и позиций выработать наиболее унифицированный подход всех государств-участников к обеспечению справедливого судебного разбирательства. Вопросы адвокатской деятельности в этом смысле имеют важное значение, так как на адвокатуру возложена публичная функция по защите прав человека.

Вместе с тем, ЕСПЧ часто оценивает эпизоды вмешательства в адвокатскую деятельность как самостоятельное нарушение Конвенции, вне зависимости от того, насколько оно повлияло на права подзащитного.

Например, в деле «Доменикини против Италии» ЕСПЧ установил нарушение пп. b п. 3 ст.

6 Конвенции в связи со вскрытием переписки обвиняемого с адвокатом, отметив, что нарушение произошло даже при том, что результат процесса был предсказуем.

Европейская система защиты прав и свобод личности построена по принципу субсидиарности международно-правовых гарантий, это означает, что основу правозащитного механизма составляют нормы внутреннего права. Европейское же право ввиду этого образует уже дополнительный уровень гарантий, по которому и выверяется справедливость национального законодательства.

На наш взгляд, системообразующими являются позиции ЕСПЧ относительно защиты адвокатской тайны.
Институт юридической помощи состоит из целого набора прав доверителя и его адвоката.

Все эти правомочия адвокат должен осуществлять свободно, без неоправданного вмешательства со стороны государства, с уважением адвокатской тайны.

Именно поэтому Конвенция требует не просто предоставления обвиняемому адвоката, но и обеспечения ему эффективной правовой помощи.

Вмешательство в адвокатскую тайну можно рассматривать с двух позиций

Во-первых, такое вмешательство может лишить обвиняемого права на справедливое судебное разбирательство.

Во-вторых, те же самые ограничения могут рассматриваться как вторжение в права адвоката и подзащитного, предусмотренные ст. 8 Конвенции – право на уважение частной жизни, тайну переписки и телефонных переговоров.

Примеры нарушения адвокатской тайны

Случаи перлюстрации переписки адвоката с доверителем, прослушивания телефона адвоката и скрытого наблюдения за адвокатом затрагивались Европейским судом по правам человека при рассмотрении ряда дел.

В практике ЕСПЧ встречаются дела, в которых само государство признается в том, что сотрудники тюрьмы или правоохранительных органов либо открыто, либо с использованием секретных устройств прослушивали разговоры адвоката с доверителем. Стоит отметить, что адвокату доказать прослушивание в следственных изоляторах или тюрьмах, как правило, невозможно.

В деле «Кастравец против Молдавии» адвокат мог встречаться со своим подзащитным в помещении, разделенном стеклянной перегородкой. Адвокат подозревал, что в конструкции такой перегородки спрятаны прослушивающие устройства.

ЕСПЧ изучил фотографии, присланные адвокатом, и обратил внимание на не совсем привычную конструкцию перегородки, однако с уверенностью не стал утверждать, что это свидетельствует о наличии в ней секретных устройств.

ЕСПЧ решил, что подозрения о том, что разговоры в комнате можно слышать, сами по себе мешали заявителю и его адвокату общаться свободно. В этом случае хватило обоснованного подозрения, чтобы констатировать нарушение Конвенции.

Классическим делом ЕСПЧ, касающимся ограничения конфиденциальности встреч адвоката с подзащитным, можно назвать дело «С. против Швейцарии». В течение первых месяцев после задержания встречи подзащитного с адвокатом проходили под наблюдением полицейских, которые могли слышать все разговоры.

Прокуратура ссылалась на то, что обвиняемый через своего адвоката может вступить в сговор с другими обвиняемыми, более того, обвиняемый отказывался давать показания, что повышает риск сговора с целью выработать единую линию защиты.

Суд, в свою очередь, отметил, что риск сговора должен быт подтвержден фактами, а сам адвокат не был обвинен в нарушениях закона или профессиональной этики (презумпция добросовестности адвоката).

Выработка общей позиции по делу является естественным приемом адвокатской тактики, в котором отсутствует противозаконность. Если адвокат не может совещаться со своим клиентом и получать от него конфиденциальные инструкции, его помощь теряет значительную часть полезности, в то время как Конвенция предназначена для того, чтобы адекватно гарантировать права.

При рассмотрении дела «Прутеану против Румынии» рассматривался вопрос о прослушивании телефонных разговоров адвоката. Суд указал, что прослушивание телефонных переговоров адвоката и его доверителя влечет нарушение адвокатской тайны, составляющей основу их доверительных отношений.

В то же время при рассмотрении дел «Класс и другие против Германии», «Версини-Кампинки и Краснянски против Франции» нарушения ст.

8 Конвенции не было установлено, и вмешательство в адвокатскую тайну в указанных делах было соразмерным предотвращению нарушения закона, и может рассматриваться как необходимое в демократическом обществе.

Гарантии защиты адвокатской тайны от вмешательства со стороны государства

В деле «Дудченко против Российской Федерации» ЕСПЧ указал на гарантии, которые должны защищать адвокатскую тайну от вмешательства со стороны государства:

  • закон должен содержать определение предмета адвокатской тайны и указать, каким образом и кем должно проводиться различие между сведениями, составляющими адвокатскую тайну и не составляющими ее. Поскольку доверительные отношения между адвокатом и его подзащитными относятся к особо охраняемой сфере, которая напрямую касается права на защиту, недопустимо, чтобы эта задача возлагалась на правоохранительные органы без надзора со стороны суда;
  • законодательство должно с достаточной ясностью установить процедуру передачи правоохранительным органам данных, относящихся к адвокатской тайне, которые были получены в результате скрытого наблюдения; оснований, при которых они могут быть использованы в ходе уголовного разбирательства и процедуру последующего уничтожения таких материалов, чтобы они не были раскрыты в других делах.

С сожалением приходится отметить, что наше законодательство не предусматривает каких-либо гарантий против превышения полномочий властью в случаях, когда адвокатская тайна была раскрыта с помощью мер скрытого наблюдения, и поэтому не может соответствовать требованию «качества закона».

Помимо устных консультаций и очного общения между адвокатом и доверителем, часто возникает необходимость в передаче в местах содержания под стражей или отбывания наказания письменной корреспонденции (ходатайства, жалобы, согласование позиции и т.д.).

В деле «Ходорковский против России» ЕСПЧ отметил, что переписка между адвокатом и доверителем по определению является «привилегированным материалом». Привилегированность, в свою очередь, создает презумпцию того, что подобный материал должен оставаться конфиденциальным.

Более того, к категории «переписка», согласно российскому законодательству, не могут относиться записи о задачах защиты, сделанные в ходе встречи адвоката с доверителем.

Злоупотребление правилом конфиденциальности:

Некоторые исключения из общего принципа возможны, только если у властей есть веские основания полагать, что имеет место злоупотребление правилом конфиденциальности.

В деле «Кэмпбелл против Соединенного Королевства» ЕСПЧ подчеркнул, что переписка заключенного с адвокатом не может быть подвергнута обычной проверке.

Данная корреспонденция может быть вскрыта при соблюдении следующих условий:

  • если тюремная администрация имеет разумные основания полагать, что она содержит незаконное вложение
  • письмо может быть вскрыто только в присутствии его автора, и не может быть прочитано
  • прочесть письмо можно только в исключительных случаях – если у администрации есть обоснованное подозрение в том, что адвокат злоупотребил своей привилегией на адвокатскую тайну, и что такая переписка ставит под угрозу безопасность в тюрьме или по иным причинам имеет криминальный характер.

Значение имеют характер и общественная опасность преступления, инкриминируемого подзащитному. Например, в деле «Крехер и Меллер против Швейцарии» ЕСПЧ отметил, что обвиняемые не были «крайне опасными [преступниками], чьи методы и признаки совпадают с террористическими».

Заявители обвинялись в ненасильственных экономических преступлениях и не были судимы. Отсутствовали определенные факты, свидетельствующие, что адвокаты заявителей могли злоупотреблять профессиональной привилегией.

Европейский Суд подчеркивает, что обжалуемые меры не были ограничены первыми днями или неделями после задержания заявителей, когда угроза вмешательства в доказательства, сговора или продолжения преступной деятельности была более доказуемой, но продолжались в течение более двух лет.

При таких обстоятельствах Европейский Суд заключает, что правило о подверженности цензуре рабочих документов защиты, черновиков, заметок и так далее и возможности их изъятия, если они не проверены тюремной администрацией заблаговременно, является неоправданным.

В решении по делу «Эрдем против Германии» ЕСПЧ подтвердил, что конфиденциальность переписки между адвокатом и его подзащитным напрямую затрагивает его право на защиту, и исключения из этого могут допускаться лишь в серьезных случаях и должны подкрепляться достаточными гарантиями против злоупотребления со стороны властей.

В деле «Моисеев против России» ЕСПЧ указал, что переписка лица, находящегося под стражей, со своим адвокатом всегда является привилегированной; а ознакомление администрации изолятора с документами, которыми обменивались подзащитный и его адвокат, является посягательством на права защиты.

Критерии законности производство обыска у адвоката:

Обыски в помещениях адвокатов по сей день остаются одним из самых острых вопросов, возникающих в сфере защиты профессиональных прав адвокатов. В поле зрения ЕСПЧ указанная проблема давно и не раз находила отклик. Понятие «дом» в свете позиций ЕСПЧ включает в себя не только жилище, но и офис адвоката.

По делу «Смирнов против России» адвокат указывал, что его квартира была подвергнута обыску, и множество документов и его компьютер стали предметом выемки с целью получить доступ к компьютерным файлам клиентов, подозреваемых в организованной преступности, и завладеть доказательствами против них. Суд постановил, что обыск являлся посягательством на адвокатскую тайну и был несоразмерен ни одной законной цели. Указав, что сам адвокат не являлся подозреваемым в каком-либо преступлении, Суд пришел к выводу, что обыск был произведен необоснованно и без соблюдения мер защиты от посягательства на адвокатскую тайну. Также ЕСПЧ отметил, то постановление об обыске у адвоката не должно содержать общие формулировки, так как предоставляют неограниченную свободу в выборе того, что может стать предметом выемки.

В деле «Нимиц против Германии» ЕСПЧ указал на еще один критерий необходимости в проведении обыска у адвоката – тяжесть преступления, в связи с которым адвокат осуществляет защиту. В указанном деле доверитель адвоката обвинялся в оскорбительном поведении и попытках давления на судью, и Суд не посчитал эти деяния как представляющие большую общественную опасность.

В постановлении по делу «Юдицкая и другие против Российской Федерации» ЕСПЧ выделил критерии законности обыска у адвоката:

  • тяжесть преступления, по поводу которого были произведены обыск и изъятие
  • были ли они произведены в соответствии с постановлением судьи или подвергнуты судебной проверке после их проведения
  • было ли постановление вынесено на основании обоснованного подозрения
  • была ли сфера применения постановления ограничена определенными предметами и документами
  • проводился ли обыск в кабинете адвоката в присутствии независимого наблюдателя с целью не допустить изъятия материалов, не относящихся к достижению цели обыска
  • степень возможных последствий для деятельности адвоката и репутации лиц, в отношении которых был произведен обыск

Дополнительно стоит отметить, что присутствие двух понятых явно нельзя считать достаточной гарантией, учитывая, что они не являются профессионалами, обладавшими юридической квалификацией, и, следовательно, не могут определить, какие материалы являются конфиденциальными.

Анализ решений ЕСПЧ позволил выделить требования к процедуре обыска у адвоката:

  1. Процедура санкционирования обыска должна давать гарантии от произвола властей (иными словами, решение должен принимать, например, суд)
  2. Решение об обыске должно достаточно конкретно указывать на предмет поиска
  3. Процедура обыска должна позволять отобрать только нужные следствию предметы и документы
  4. Должны быть очевидные сведения о том, что обыск у адвоката позволит обнаружить существенные доказательства по делу
  5. Преступление, в связи с которым производится обыск у адвоката, должно быть серьезным
  6. Отсутствует альтернативная возможность получения доказательств.

Проблема защиты и гарантии адвокатской тайны остается одной из актуальных в рамках системы защиты профессиональных прав адвоката. Считаем необходимым отметить, что перечень оснований для нарушения либо ограничения действия адвокатской тайны должен быть четко определен в законодательстве, и должны существовать эффективные механизмы рассмотрения жалоб на подобные нарушения.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *